Categories
News in Russian

Информационные ландшафты цифровой цивилизации

Listen to this article

ps_Screenshot_2548_1669980754.png

Издательство «Директ-медиа» представляет книгу Константина Костюка «Информационные ландшафты цифровой цивилизации».

Философ и политолог Константин Костюк в книге «Информационные ландшафты цифровой цивилизации» сделал обзор истории коммуникативистики и понятия “информация” и обозначил траектории развития коммуникации в современном обществе. Ценности, социальные структуры, среды, сетевые формы и даже само содержание знания стремительно трансформируется, поэтому мы должны быть готовы адаптироваться к изменяющемуся информационному ландшафту. 

Предлагаем прочитать фрагмент книги.

Компьютер как маршрутизатор социальных отношений

Таким образом, технология построения компьютерных сетей дает представление о том, как возникает и обрабатывается информация, какие физические материалы и инженерные решения применяются, чтобы оптимизировать и ускорить ее перемещение. Процедуры компьютерных коммуникаций и построенных на них коммуникационных сетей являются схемами и моделями, близкими к реальной коммуникации в реальных человеческих сообществах. В них нет ничего, чего бы не было в живой коммуникации. Но насколько же более упрощенными и жесткими являются эти схемы!

Компьютерные коммуникации по своему предназначению облегчают организацию живой коммуникации и расширяют ее возможности в одном, сужая в другом. В качестве медиаторов коммуникации они перенимают на себя функции, которые ранее были присущи главным образом разговорной речи. При этом разные форматы сетевых коммуникаций — мессенджеры, СМС, социальные сети — порождают собственный тип сетей и обменов информации, в зависимости от того, насколько они специализированы. Если СМС долго оставались «придатком» мобильного телефона, то мессенджеры создали самостоятельное коммуникативное пространство. Мобильные телефоны хотя и модернизировали среду разговорных коммуникаций, оставались в поле живой речи. Социальные сети способны существовать без того, чтобы общаться вживую. Они могут формировать сообщества, могут становиться обзором новостей, информационным ботом. Социальные сети и мессенджеры способны «удлинять» коммуникацию, расширять сферу доступности, освобождаясь от зависимости от времени и расстояния, от условий общения. Мессенджеры освобождают от проблемы «входного барьера» коммуникации — обратиться можно когда угодно и к кому угодно, без опасений, что внезапная коммуникация принесет абоненту неудобства. Соответственно, такие опции делают коммуникацию более тягучей и широкой. Она осуществляется не в ситуации соприсутствия, а в условиях удаления. Соответственно, сеть, которую формирует группа, уже связывает воедино не только тех, кто пересекается постоянно, например в сообществе дайверов, но и тех, кто пересекся совершенно случайно, допустим в путешествии. Если прежде подобная группа могла только перекидываться живыми репликами, то теперь она способна к гораздо более сложным координированным действиям. Эта коммуникация является, помимо прочего, скрытой. Общеизвестно, что мессенджеры породили новые форматы координированных протестных движений, суицидальные сообщества, а закрытые соцсети типа Deep сформировали каналы нелегальных и непубличных связей.

Значение коммуникационных изменений, произведенных этими формами, можно проиллюстрировать на примере коммуникаций, связанных с дейтингом, знакомствами и брачным поведением. Э. Гриффин в работе «Теория обработки социальной информации» высказывал общее недоверие экспертов в 90-х гг. к «компьютерно опосредованной коммуникации». Из его концепции информационной насыщенности следовало, что этот канал коммуникации имеет слишком слабую пропускную способность, не отражает сигналов социального контекста. Отсутствие невербальной коммуникации рассматривается здесь как неизменный недостаток онлайн-форматов. Дж. Уолтер опроверг эти опасения, доказав, что форматы онлайн-коммуникации адаптируются к этим обстоятельствам и компенсируют их другими методами. Так, вместо эмоциональных физиогномических реакций оппоненты пользуются эмодзи, не говоря о том, что современные мессенджеры включают и голосовые сообщения. Виртуальное общение, перемежаясь с реальными встречами, создает качественную смесь общения. Хотя коммуникация проходит медленнее, она достигает своих целей «путем многих маленьких глотков вместо одного большого». Невербальные знаки способны заменять вербальные, и это оказалось неожиданным для многих специалистов по коммуникации, особенно в сфере дейтинга и отношений, которая имеет особенно высокий коммуникативный порог и чувствительность, требует избытка дополнительной невербальной информации для того, чтобы определить степень симпатии, интереса, готовности продолжать коммуникацию. Уолтер сделал вывод, что «люди, общающиеся онлайн, способны завязать отношения так же эффективно, как если бы они встретились лицом к лицу». И время показало его безусловную правоту. Коммуникация оказывается гораздо гибче, чем мы думаем, она есть не данность, а инструмент, которым человек может пользоваться филигранно.

Гендерные отношения — очень интересная область коммуникационных взаимоотношений, по которой можно проследить масштаб влияния онлайн-коммуникаций. Эта сфера требует определенной интимности и скрытости от публичной сферы, она стоит особняком. Сфера отношений исключительно сложна и тонка, поглощая основное внимание практических психологов и психоаналитиков в повседневной жизни. Это особенно чувствительная область с точки зрения публичности, морально-нравственных норм, регулирования социального поведения. Вспомним, что эти отношения в традиционном обществе вообще не отдавались на откуп молодым людям — обязательно требовался посредник, институт сватовства. В дворянском обществе нельзя было познакомиться напрямую, требовалось «быть представленным». В Корее до сих пор в студенческой среде существуют формы коллективных знакомств, где старшие организуют вечер знакомств юношей и девушек, облегчают возможность первого контакта. Брачный вопрос веками находился в руках родителей и старших и был организован так, чтобы лишить самих участников потенциального союза какого-либо голоса. Институты брачного контроля призваны не «сводить» партнеров, а, напротив, не допускать их контакта. Знакомство, вопросы гендера — чрезвычайно заорганизованная область, во всех обществах, обросшая условностями. В то же время, как было отмечено, здесь берут корни изменения фундаментальных институтов человеческого общежития, таких как семья и род, сфера репродуктивного поведения.

О том, как меняется сексуальное поведение повседневности с помощью дейтинг-приложений, подробно повествует Жюдит Дюпортей в книге «Любовь по алгоритму. Как Tinder диктует, с кем нам спать», где она описала свой опыт использования популярной программы Tinder. Ее опыт свидетельствует о том, насколько упростились возможности установления отношений и сексуальных пересечений в новой информационной среде, с использованием дейтинговых приложений. Если традиционная среда окутала эту сферу отношений массой ограничений, то городская среда начиная с ХХ в. постоянно ее освобождала, а новые средства коммуникации превратили ее в сферу массового потребления и бизнеса. В них включились те, кто иначе не смог бы участвовать в традиционных формах и местах поиска партнера: барах, ночных клубах и т. д. Коммуникационный контакт с целями дейтинга освободился от массы вынужденных ограничений и стал специализированным и информационно обогащенным, каким он реализовывался только в брачных агентствах. Удобство и комфортность такой формы вытесняют «очную форму» знакомства, все еще обремененную барьерами. Неудивительно, что онлайн-приложения захватывают эту сферу, гарантировав ее освобождение от вмешательства третьих лиц. Секс — это коммуникация. Приложения типа Tinder не просто облегчают такую коммуникацию, они окончательно разделяют сферу секса и брака.

Дюпортей исследует, как построены и работают алгоритмы Tinder, так как ей удается найти патенты, на основе которых построен код программы. Это система выставления предпочтений, которая отражает интересы, заложенные коммерческими производителями продукта. Хотя система собирает объективные данные пользователей и информирует о них, она включает и собственные манипуляции разработчиков. Алгоритмы пытаются выявить наиболее типичные предпочтения обоих сторон контакта, давая в одном случае преимущества возраста (девушки), в другом материального благосостояния (мужчины) и т. д. Соответственно, пишет автор, алгоритмы занижают оценки взрослых женщин и молодых юношей. На деле они начинают определять и направлять сексуальный выбор и поведение людей, для того чтобы повысить вероятность успеха. «Любовь по алгоритму, — заключают Дюпортей, — это игра, правил которой мы не знаем».

Advertisements | Advertising at The News And Times - advertising-newsandtimes.com | WE CONNECT!
WP Radio
WP Radio
OFFLINE LIVE